Так работают в основном государственные компании — им проще покрывать военные риски.В конечном итоге решение о транзите принимает капитан. Пока капитаны согласны идти — миллионы баррелей нефти в день продолжают поступать на рынок. По оценке IMO, с начала войны в регионе погибли 24 моряка.Большую часть времени перехода капитан проводит на связи с ВМС США. Американцы дают маршрут и waypoints (контрольные точки). Такая система существует ещё с 1990 года (первая война в Персидском заливе).Суда докладывают военным каждые 30 минут: как идёт переход и видели ли ракеты. Странно, конечно: если увидели ракету — зачем ждать 30 минут? И какая это связь — обычный спутниковый телефон? Насколько он защищён? Неизвестно.У ВМС США есть специальные команды со защищённой связью, которые могут ставить на суда. Есть и стратегические sealift officers — офицеры запаса из торгового флота, которые говорят на одном языке с капитанами и привозят портативные защищённые комплекты. Похоже, здесь этого нет.Во время перехода экипаж готовился к худшему. Как и на газовозе — мешки с песком и бочки с водой у мостика. Аварийный пожарный насос работал всё время, пожарные рукава всегда были наготове у жилой надстройки.Важно защищать жилую надстройку (кормовой дом). Там экипаж, мостик, машинное отделение и, самое главное, спасательные шлюпки.«Танкеры всегда под риском. Это опасное судно», — сказал капитан.В конце статьи: дети ждали, когда закончится контракт и он вернётся домой на Филиппины живым. Но он готов снова выйти в море.«Семья очень боится, но я сказал им, что справлюсь. Я очень горжусь. На самом деле мне нравится моя работа».Большое спасибо Алексу Лонгли за эту статью в Bloomberg. Отличный взгляд из кабины капитана.Последние слова особенно правдивы. Семьи всегда волнуются, когда моряки уходят в море. А сейчас для торговых моряков особенно опасное время — и уже довольно долгое. Чёрное море с 2022-го, Красное море с 2023-го, Персидский залив (особенно с 28 февраля) — всё это вызовы.И до этого моряки уже прошли через COVID: их объявляли essential, но многие страны этого не признавали. Люди застревали на судах или не могли попасть на суда. Мы чуть не сломали всю глобальную логистику.1,45 миллиона торговых моряков обслуживают более 100 тысяч судов. Если они не смогут работать — рухнет вся мировая цепочка поставок (13 миллиардов тонн грузов в год).Сейчас моряков атакуют. Но характерно то, что даже под обстрелом этот капитан говорит: «Я горжусь. Мне нравится моя работа».Мы видим, как торговые моряки рискуют жизнью, чтобы провести грузы через Ормуз. Их атакуют иранцы, а иногда и американцы (если судно работает на Иран). Моряки оказываются между двух огней.Они не подписываются на конкретный груз заранее — идут через крюинговое агентство, приходят на судно и делают свою работу. И, к сожалению, попадают под перекрёстный огонь в Ормузе, Красном море и Чёрном море.Поэтому так важно слышать их голос. Ещё раз спасибо Алексу за эту историю.Надеюсь, вам понравился сегодняшний выпуск. Если да — подпишитесь, нажмите колокольчик, оставьте комментарий, поделитесь. Если можете поддержать канал — Super Thanks или Patreon. Ссылки на все материалы (особенно статью Алекса и сайты, которые я упоминал) будут в описании.До следующего выпуска. Это Сэл, до связи.